Posted By Admin
Снег все сыпал и с каждым

Синтаксический разбор предложения

Снег всё сыпал,и с каждым днём пушистей становились кусты,непролазней тропы,белее сосны и ели,и только берёзы оставались голые,и на них подолгу засиживались вечерами тетерева.

  • Попроси больше объяснений
  • Следить
  • Отметить нарушение

АннаФан 13.11.2014

Снег(подлежащее) все (обстоятельство образа действия) сыпал (сказуемое), каждым(определение) днем(дополнение)пушистей(дополнение) становились(сказуемое) кусты(полежащее),непролазней(определение) тропы(подлежащее),белее(определение) сосны(подлежащее) и ели(подлежащее),и только(обстоятельство образа действия) березы(подлежащее) оставались(сказуемое) голые(определение),и на(предлог) них(местоимение) подолгу(обстоятельство образа действия) засиживались(сказуемое) вечерами(дополнение) тетерева(подлежащее).

znanija.com

Снег. Константин Паустовский.

Старик Потапов умер через месяц после того, как Татьяна Петровна поселилась у него в доме. Татьяна Петровна осталась одна с дочерью Варей и старухой нянькой.

Маленький дом — всего в три комнаты — стоял на горе, над северной рекой, на самом выезде из городка. За домом, за облетевшим садом, белела берёзовая роща. В ней с утра до сумерек кричали галки, носились тучами над голыми вершинами, накликали ненастье.

Татьяна Петровна долго не могла привыкнуть после Москвы к пустынному городку, к его домишкам, скрипучим калиткам, к глухим вечерам, когда было слышно, как потрескивает в керосиновой лампе огонь.

«Какая я дура! — думала Татьяна Петровна. — Зачем уехала из Москвы, бросила театр, друзей! Надо было отвезти Варю к няньке в Пушкино — там не было никаких налётов, — а самой остаться в Москве. Боже мой, какая я дура!»

Река долго не замерзала; от её зеленой воды поднимался пар.

Татьяна Петровна привыкла и к городку и к чужому дому. Привыкла к расстроенному роялю, к пожелтевшим фотографиям на стенах, изображавшим неуклюжие броненосцы береговой обороны. Старик Потапов был в прошлом корабельным механиком. На его письменном столе с выцветшим зелёным сукном стояла модель крейсера «Громобой», на котором он плавал. Варе не позволяли трогать эту модель. И вообще не позволяли ничего трогать.

Татьяна Петровна знала, что у Потапова остался сын моряк, что он сейчас в Черноморском флоте. На столе рядом с моделью крейсера стояла его карточка. Иногда Татьяна Петровна брала её, рассматривала и, нахмурив тонкие брови, задумывалась. Ей все казалось, что она где-то его встречала, но очень давно, ещё до своего неудачного замужества. Но где? И когда?

Моряк смотрел на нее спокойными, чуть насмешливыми глазами, будто спрашивал: «Ну что ж? Неужели вы так и не припомните, где мы встречались?».

— Нет, не помню, — тихо отвечала Татьяна Петровна.

— Мама, с кем ты разговариваешь? — кричала из соседней комнаты Варя.

— С роялем, — смеялась в ответ Татьяна Петровна.

Среди зимы начали приходить письма на имя Потапова, написанные одной и той же рукой. Татьяна Петровна складывала их на письменном столе. Однажды ночью она проснулась. Снега тускло светили в окна. На диване всхрапывал серый кот Архип, оставшийся в наследство от Потапова.

Татьяна Петровна зажгла свечу на столе, села в кресло, долго смотрела на язычок огня, — он даже не вздрагивал. Потом она осторожно взяла одно из писем, распечатала и, оглянувшись, начала читать.

«Милый мой старик, — читала Татьяна Петровна, — вот уже месяц, как я лежу в госпитале. Рана не очень тяжёлая. И вообще она заживает. Ради бога, не волнуйся и не кури папиросу за папиросой. Умоляю!»

«Я часто вспоминаю тебя, папа, — читала дальше Татьяна Петровна, — и наш дом, и наш городок. Все1 это страшно далеко, как будто на краю света. Я закрываю глаза и тогда вижу: вот я отворяю калитку, вхожу в сад. Зима, снег, но дорожка к старой беседке над обрывом расчищена, а кусты сирени все в инее. В комнатах трещат печи. Пахнет берёзовым дымом. Рояль, наконец, настроен, и ты вставил в подсвечники витые жёлтые свечи — те, что я привез из Ленинграда. И те же ноты лежат на рояле: увертюра к „Пиковой даме“ и романс „Для берегов отчизны дальней“. Звонит ли колокольчик у дверей? Я так и не успел его починить. Неужели я все это увижу опять? Неужели опять буду умываться с дороги нашей колодезной водой из кувшина? Помнишь? Эх, если бы ты знал, как я полюбил все это отсюда, издали! Ты не удивляйся, но я говорю тебе совершенно серьезно: я вспоминал об этом в самые страшные минуты боя. Я знал, что защищаю не только всю страну, но и вот этот её маленький и самый милый для меня уголок — и тебя, и наш сад, и вихрастых наших мальчишек, и березовые рощи за рекой, и даже кота Архипа. Пожалуйста, не смейся и не качай головой.

Татьяна Петровна долго сидела у стола, смотрела широко открытыми глазами за окно, где в густой синеве начинался рассвет, думала, что вот со дня на день может приехать с фронта в этот дом незнакомый человек и ему будет тяжело встретить здесь чужих людей и увидеть все совсем не таким, каким он хотел бы увидеть.

Утром Татьяна Петровна сказала Варе, чтобы она взяла деревянную лопату и расчистила дорожку к беседке над обрывом. Беседка была совсем ветхая. Деревянные её колонки поседели, заросли лишаями. А сама Татьяна Петровна исправила колокольчик над дверью. На нем была отлита смешная надпись: «Я вишу у дверей — звони веселей!» Татьяна Петровна тронула колокольчик. Он зазвенел высоким голосом. Кот Архип недовольно задёргал ушами, обиделся, ушёл из прихожей — весёлый звон колокольчика казался езду, очевидно, нахальным.

Днем Татьяна Петровна, румяная, шумная, с потемневшими от волнения глазами, привела из города старика настройщика, обрусевшего чеха, занимавшегося починкой примусов, керосинок, кукол, гармоник и настройкой роялей. Фамилия у настройщика была очень смешная: Невидаль. Чех, настроив рояль, сказал, что рояль старый, но очень хороший. Татьяна Петровна и без него это знала.

Когда он ушел, Татьяна Петровна осторожно заглянула во все ящики письменного стола и нашла пачку витых толстых свечей Она вставила их в подсвечники на рояле. Вечером она зажгла свечи, села к роялю, и дом наполнился звоном.

Когда Татьяна Петровна перестала играть и погасила свечи, в комнатах запахло сладким дымом, как бывает на елке.

Варя не выдержала.

— Зачем ты трогаешь чужие вещи? — сказала она Татьяне Петровне. — Мне не позволяешь, а сама трогаешь И колокольчик, и свечи, и рояль — все трогаешь. И чужие ноты на рояль положила.

— Потому что я взрослая, — ответила Татьяна Петровна.

Варя, насупившись, недоверчиво взглянула на нее. Сейчас Татьяна Петровна меньше всего походила на взрослую. Она вся как будто светилась и была больше похожа на ту девушку с золотыми волосами, которая потеряла хрустальную туфлю во дворце. Об этой девушке Татьяна Петровна сама рассказывала Варе.

Ещё в поезде лейтенант Николай Потапов высчитал, что у отца ему придётся пробыть не больше суток. Отпуск был очень короткий, и дорога отнимала все время.

Поезд пришёл в городок днем. Тут же, на вокзале, от знакомого начальника станции лейтенант узнал, что отец его умер месяц назад и что в их доме поселилась с дочерью молодая певица из Москвы.

— Эвакуированная,- сказал начальник станции. Потапов молчал, смотрел за окно, где бежали с чайниками пассажиры в ватниках, в валенках. Голова у него кружилась.

— Да, — сказал начальник станции, — хорошей души был человек. Так и не довелось ему повидать сына.

— Когда обратный поезд э — спросил Потапов.

— Ночью, в пять часов, — ответил начальник станции, помолчал, потом добавил: — Вы у меня перебудьте. Старуха моя вас напоит чайком, накормит. Домой вам идти незачем

— Спасибо, — ответил Потапов и вышел

Начальник посмотрел ему вслед, покачал головой.

Потапов прошёл через город, к реке. Над ней висело сизое небо. Между небом и землей наискось летел редкий снежок. По унавоженной дороге ходили галки. Темнело. Ветер дул с того берега, из лесов, выдувал из глаз слезы.

«Ну что ж! — сказал Потапов — Опоздал. И теперь это все для меня будто чужое — и городок этот, и река, и дом».

Потапов медленно пошёл в сторону дома. Он решил в дом не заходить, а только пройти мимо, быть может заглянуть в сад, постоять в старой беседке. Мысль о том, что в отцовском доме живут чужие, равнодушные люди, была невыносима. Лучше ничего не видеть, не растравлять себе сердце, уехать и забыть о прошлом!

«Ну что же, — подумал Потапов, — с каждым днем делаешься взрослее, все строже смотришь вокруг».

Потапов подошёл к дому в сумерки. Он осторожно открыл калитку, но все же она скрипнула. Сад как бы вздрогнул. С веток сорвался снег, зашуршал. Потапов оглянулся. К беседке вела расчищенная в снегу дорожка. Потапов прошёл в беседку, положил руки на старенькие перила. Вдали, за лесом, мутно розовело небо — должно быть, за облаками подымалась луна. Потапов снял фуражку, провёл рукой по волосам. Было очень тихо, только внизу, под горой, бренчали пустыми вёдрами женщины — шли к проруби за водой.

Потапов облокотился о перила, тихо сказал:

Кто-то осторожно тронул Потапова за плечо. Он оглянулся. Позади него стояла молодая женщина с бледным строгим лицом, в накинутом на голову теплом платке. Она молча смотрела на Потапова тёмными внимательными глазами. На её ресницах и щеках таял снег, осыпавшийся, должно быть, с веток.

— Наденьте фуражку, — тихо сказала женщина,- вы простудитесь. И пойдемте в дом. Не надо здесь стоять.

— Это ничего. И вы, пожалуйста, меня не стесняйтесь. Сейчас это пройдёт.

Она постучала ногами, чтобы сбить снег с ботиков. Тотчас в сенях отозвался, зазвенел колокольчик. Потапов глубоко вздохнул, перевел дыхание.

Он вошел в дом, что-то смущённо бормоча, снял в прихожей шинель, почувствовал слабый запах берёзового дыма и увидел Архипа. Архип сидел на диване и зевал. Около дивана стояла девочка с косичками и радостными глазами смотрела на Потапова, но не на его лицо, а на золотые нашивки на рукаве.

— Пойдемте! — сказала Татьяна Петровна и провела Потапова в кухню.

Там в кувшине стояла холодная колодезная вода, висело знакомое льняное полотенце с вышитыми дубовыми листьями.

Татьяна Петровна вышла. Девочка принесла Потапову мыло и смотрела, как он мылся, сняв китель. Смущение Потапова ещё не прошло.

— Кто же твоя мама? — спросил он девочку и покраснел.

Вопрос этот он задал, лишь бы что-нибудь спросить.

— Она думает, что она взрослая, — таинственно прошептала девочка. — А она совсем не взрослая. Она хуже девочка, чем я.

— Почему? — спросил Потапов.

Но девочка не ответила, засмеялась и выбежала из кухни.

Потапов весь вечер не мог избавиться от странного ощущения, будто он живет в легком, но очень прочном сне. Все в доме было таким, каким он хотел его видеть. Те же ноты лежали на рояле, те же витые свечи горели, потрескивая, и освещали маленький отцовский кабинет. Даже на столе лежали его письма из госпиталя — лежали под тем же старым компасом, под который отец всегда клал письма.

После чая Татьяна Петровна провела Потапова на могилу отца, за рощу. Туманная луна поднялась уже высоко. В её свете слабо светились берёзы, бросали на снег лёгкие тени.

А потом, поздним вечером, Татьяна Петровна, сидя у рояля и осторожно перебирая клавиши, обернулась к Потапову и сказала:

— Мне все кажется, что где-то я уже видела вас.

— Да, пожалуй, — ответил Потапов.

Он посмотрел на нее. Свет свечей падал сбоку, освещал половину её лица. Потапов встал, прошёл по комнате из угла в угол, остановился.

— Нет, не могу припомнить, — сказал он глухим голосом.

Татьяна Петровна обернулась, испуганно посмотрела на Потапова, но ничего не ответила.

Потапову постелили в кабинете на диване, но он не мог уснуть. Каждая минута в этом доме казалась ему драгоценной, и он не хотел терять её.

Он лежал, прислушивался к воровским шагам Архипа, к дребезжанию часов, к шепоту Татьяны Петровны, — она о чем-то говорила с нянькой за закрытой дверью Потом голоса затихли, нянька ушла, но полоска света под дверью не погасла. Потапов слышал, как шелестят страницы, — Татьяна Петровна, должно быть, читала Потапов догадывался: она не ложится, чтобы разбудить его к поезду. Ему хотелось сказать ей, что он тоже не спит, по он не решился окликнуть Татьяну Петровну

В четыре часа Татьяна Петровна тихо открыла дверь и позвала Потапова. Он зашевелился.

— Пора, вам надо вставать, — сказала она. — Очень жалко мне вас будить!

Татьяна Петровна проводила Потапова на станцию через ночной город. После второго звонка они попрощались. Татьяна Петровна протянула Потапову обе руки, сказала

— Пишите. Мы теперь как родственники. Правда? Потапов ничего не ответил, только кивнул головой. Через несколько дней Татьяна Петровна получила от Потапова письмо с дороги.

«Я вспомнил, конечно, где мы встречались, — писал Потапов, — но не хотел говорить вам об этом там, дома. Помните Крым в двадцать седьмом году Осень. Старые платаны в Ливадийском парке. Меркнущее небо, бледное море. Я шел по тропе в Ореанду. На скамейке около тропы сидела девушка. Ей было, должно быть, лет шестнадцать. Она увидела меня, встала и пошла навстречу. Когда мы поравнялись, я взглянул на нее. Она прошла мимо меня быстро, легко, держа в руке раскрытую книгу Я остановился, долго смотрел ей вслед. Этой девушкой были вы. Я не мог ошибиться. Я смотрел вам вслед и почувствовал тогда, что мимо меня прошла женщина, которая могла бы и разрушить всю мою жизнь и дать мне огромное счастье. Я понял, что могу полюбить эту женщину до полного отречения от себя. Тогда я уже знал, что должен найти вас, чего бы это ни стоило. Так я думал тогда, но все же не двинулся с места. Почему — не знаю. С тех пор я полюбил Крым и эту тропу, где я видел вас только мгновение и потерял навсегда. Но жизнь оказалась милостивой ко мне, я встретил вас. И если все окончится хорошо и вам понадобится моя жизнь, она, конечно, будет ваша. Да, я нашел на столе у отца своё распечатанное письмо. Я понял все и могу только благодарить вас издали».

Татьяна Петровна отложила письмо, туманными глазами посмотрела па снежный сад за окном, сказала.

— Боже мой, я никогда не была в Крыму! Никогда! Но разве теперь это может иметь хоть какое-нибудь значение И стоит ли разуверять его? И себя!

Она засмеялась, закрыла глаза ладонью. За окном горел, никак не мог погаснуть неяркий закат.

smartfiction.ru

Форум ЖК «Некрасовский»

Чистка двора от снега

Думал. что эта тема уже поднималась, пересмотрел все темы в разделе с УК, нет! Народ, а это нормально. что второй день подряд приезжаете домой, а у вас во вдоре как было утром навалено снега, так и осталось? ладно по утру, ночью тут никто не будет батрачить. но простите, за день можно было расчистить? это не входит в обязанности УК может? Видимо я что то пропустил в этом мире

Вчера чистили, я уехала в 6 утра, вернулась в 10 утра, всё было почищено. По крайней мере 41, 42 дома

я вчера уехал в 7, все было в снегу, приехал в 19:30 и забирался на тоже парковочное место, где и стоял. через тот же снег. что и был утром, по своим же следам. 42 дом

Что касается линии парковки, да, там скорее всего никто не заморачивался. Они пешеходки почистили (без пандусов почему-то) и расчистили проезжую трактором. Всё. Ну это как обычно, ежегодная война будет. Без нервов от снега не избавиться. Село.

вот честно, шел от машины до подъезда, понимая, что нигде вообще не трогали снег. может конечно показалось. они конечно красавцы, квитанции главное вовремя и в срок высылают, вода дерьмо, двор не чистят, короче дно тут какое то

надо в Химках квартиры посмотреть)

я тоже раньше жила в Химках, никак не могу привыкнуть к этой деневне.

я так понимаю, тут всем проще самим лопаты в руки взять и батрачить за кого то. смотрю, субботники собираются и тд. а что, таджиков нет. или они, простите сами по себе и сами решают что и когда им делать? сейчас например, сдали и продают 4 дом, так все, они все заняты, делают ремонты, там же они больше заработают. распустили таджиков до нельзя.

это политика местной администрации.

только через жалобы будут чистить, 3-ю зиму уже наблюдаю тут навалы снега

тогда и платить нечего, квитанции к ним относить, пока не будет порядка, никому не платить, только никто не пойдет на это, все будут оплачивать бегать

Что бы не оплачивать нужно притензии писать, вы будете бегать и писать каждый день притензии?

тут люди приехали из аулов и не знают что такое чистый пол и уборка снега , к сожалению

всех все устраивает (ктоме 2-3 человек из каждого дома).

mrWatson 15 ноя 2017

А зачем привыкать? Берите в охапку Колямбу и езжайте в Химки! Кушать омаров с крылями ската (прям с тротуара). От Вас, кроме бессмысленного негатива на форуме, толку нет и не будет.

пффф а то тут толк от форума просто бомбический! тут ВСЕ ТОЛЬКО СИДЯТ И БЕСТОЛКУ БАЛАБОЛЯТ, так что о нужности и ненадобности, оставьте при себе свое мнение

второе, никто про омаров не говорит, и если для вас чистый и ухоженный двор это роскошь, то велком в Магадан

негатив да тут без слез не взглянешь)))

ДА, НАРОД, ВНИМАНИЕ! ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ Ауди Q7

ПРИЗНАН САМЫМ ПОЛЕЗНЫМ ПОЛЬЗОВАТЕЛЕМ ФОРУМА!

ВСЕ АППЛАДИРУЮТ, ВСЕ КОНЧИЛИ АППЛАДИРОВАТЬ

может под стекло ставить табличку с временем выезда в будни? тогда те кто выезжают раньше смогут закрыть тех кто выезжает позже но встать плотнее на парковке.

я ставлю у теплового пункта. ну и телефон под стеклом тоже желательно.

так везде все давно делают, только не в нашей деревне

я им письмо на почту сброшу, с фотографиями своей воды, которая желтее ссаного снега, фото не чищенного двора и фото градусника комнатного, этиъх оснований будет достаточно, пока не увижу чистый двор, теплую квартиру и и прозрачную НЕ ВОНЮЧУЮ воду, тогда оплачу

Снег сыпал весь день. Утром было чисто. Они,

P.S. как можно добровольно хотеть жить в такой дырище, как химки. Взять их пробки круглосуточные и вонючие промзоны, так только это перекрывает все «плюсы», которые можно выдумать. Такая ж***,

видимо, не считают нужным убирать по необходимости.

а на счет «вони», я бы отнес это определение к Люберцам) вот там да, действительно вонища)

про Химки я сказал только потому, что там хоть и деревня, но все же город и все в порядке, не знаю, про какую вонь Вы говорите. у меня там много коллег живет и брат с семьей, постоянно туда приезжаю и вижу. что все хорошо) да и квартиры там дешевые) конечно за те деньги, за которые можно мою продать, такой же метраж там не найти, но все же, тоже двушка, но в городе и сразу за мкадом) к примеру, до работы мне ехать из Химок 30 мин, включая все пробки, а от сюда надо выехать максимум в 6:50, иначе к 9 не успеть. это, я считаю имеет большое значение

От форума эффект вполне достойный. Особенно когда говорят по делу (происшествия, события, предлагают решения проблемы), а не балаболят. На счет полезности: «А у нас то в Хымках было ого-го!» , «А тут Аул-то понаехал, ыгыгы» — Елену в охапку и бегом в Химки, порядок наводить. Там без Вас совершенно невыносимо стало.

Kolyamba 15 ноя 2017

я никогда не жил в Химках)_) читайте внимательно)))

решение пробблемы? все решения проблем через ук и жалобы. вот весь форум)))

ну а куда мы с Еленой поедем, мы уж как нибудь решим, и ни у кого тут мнение не спрашиваем))))

Kolyamba 16 ноя 2017

а теперь зайдите в тему «Церковь» — явный пример того, о чем я говорил

rinatbay 17 дек 2017

чистить снег и лед лучше сегодня, завтра уже будет холодно

nkr-dm.ru

Снег все сыпал и с каждым

Старик Потапов умер через месяц после того, как Татьяна Петровна поселилась у него в доме. Татьяна Петровна осталась одна с дочерью Варей истарухой нянькой.

Маленький дом – всего в три комнаты – стоял на горе, над северной Рекой, на самом выезде из городка. За домом, за облетевшим садом, белела березовая роща. В ней с утра до сумерек кричали галки, носились тучами над голыми вершинами, накликали ненастье.

«Какая я дура! – думала Татьяна Петровна. – Зачем уехала из Москвы, бросила театр, друзей! Надо было отвезти Варю к няньке в Пушкино – там не было никаких налетов, – а самой остаться в Москве. Боже мой, какая я дура!»

Но возвращаться в Москву было уже нельзя. Татьяна Петровна решила выступать в лазаретах – их было несколько в городке – и успокоилась. Городок начал ей даже нравиться, особенно когда пришла зима и завалила его снегом. Дни стояли мягкие, серые. Река долго не замерзала; от ее зеленой воды поднимался пар.

Татьяна Петровна привыкла и к городку, и к чужому дому. Привыкла к расстроенному роялю, к пожелтевшим фотографиям на стенах, изображавшим неуклюжие броненосцы береговой обороны. Старик Потапов был в прошлом корабельным механиком. На его письменном столе с выцветшим зеленым сукном стояла модель крейсера «Громобой», на котором он плавал. Варе не позволяли трогать эту модель. И вообще не позволяли ничего трогать.

Татьяна Петровна знала, что у Потапова остался сын-моряк, что он сейчас на Черноморском флоте. На столе рядом с моделью крейсера стояла его карточка. Иногда Татьяна Петровна брала ее, рассматривала и, нахмурив тонкие брови, задумывалась. Ей все казалось, что она где-то его встречала, но очень давно, еще до своего неудачного замужества. Но где? И когда?

Моряк смотрел на нее спокойными, чуть насмешливыми глазами, будто спрашивал: «Ну что ж? Неужели вы так и не припомните, где мы встречались?»

– Нет, не помню, – тихо отвечала Татьяна Петровна.

– Мама, с кем ты разговариваешь? – кричала из соседней комнаты Варя.

– С роялем, – смеялась в ответ Татьяна Петровна.

Татьяна Петровна накинула халат, пошла в кабинет к Потапову, постояла у окна. С дерева беззвучно сорвалась птица, стряхнула снег. Он долго сыпал белой пылью, запорошил стекла.

Татьяна Петровна зажгла свечу на столе, села в кресло, долго смотрела на язычок огня, – он даже не вздрагивал. Потом осторожно взяла одно из писем, распечатала и, оглянувшись, начала читать.

«Милый мой старик, – читала Татьяна Петровна, – вот уже месяц, как я лежу в госпитале. Рана не очень тяжелая. И вообще она заживает. Ради бога, не волнуйся и не кури папиросу за папиросой. Умоляю!»

«Я часто вспоминаю тебя, папа, – читала дальше Татьяна Петровна, – и наш дом, и наш городок. Все это страшно далеко, как будто на краю света. Я закрываю глаза, и тогда вижу: вот я отворяю калитку, вхожу в сад. Зима, снег, но дорожка к старой беседке над обрывом расчищена, а кусты сирени все в инее. В комнатах трещат печи. Пахнет березовым дымом. Рояль, наконец, настроен, и ты вставил в подсвечники витые желтые свечи – те, что я привез из Ленинграда. И те’ же ноты лежат на рояле: увертюра к «Пиковой даме» и романс «Для берегов отчизны дальной…» Звонит ли колокольчик у дверей? Я так и не успел его починить. Неужели я все это увижу опять? Неужели опять буду умываться с дороги нашей колодезной водой из кувшина? Помнишь? Эх, если бы ты знал, как я полюбил все это отсюда, издали! Ты не удивляйся, но я говорю тебе совершенно серьезно: я вспоминал об этом в самые страшные минуты боя. Я знал, что защищаю не только всю страну, но и вот этот ее маленький и самый милый для меня уголок – тебя, и наш сад, и вихрастых наших мальчишек, и березовые рощи, за ре-коп и даже кота Архипа. Пожалуйста, не смейся и не качай головой.

Может быть, когда выпишусь из госпиталя, меня отпустят ненадолго домой. Не знаю. Но лучше не жди».

Татьяна Петровна долго сидела у стола, смотрела широко открытыим глазами за окно, где в густой синеве начинался рассвет, думала, что нот со дня на день может приехать с фронта в этот дом незнакомой человек и ему будет тяжело встретить здесь чужих людей и увидеть все совсем не таким, каким он хотел бы увидеть.

Утром Татьяна Петровна сказала Варе, чтобы она взяла деревянную лопату и расчистила дорожку к беседке над обрывом. Беседка была совсем ветхая. Деревянные ее колонки поседели, заросли лишаями. Л сама Татьяна Петровна исправила колокольчик над дверью. На нем была отлита смешная надпись: «Я вишу у дверей – звони веселей!» Татьяна Петровна тронула колокольчик. Он зазвенел высоким голосом. Кот Архип недовольно задергал ушами, обиделся, ушел из прихожей: веселый звон колокольчика казался ему, очевидно, нахальным.

Днем Татьяна Петровна, румяная, шумная, с потемневшими от волнения глазами, привела из города старика настройщика, обрусевшую чеха, занимавшегося починкой примусов, керосинок, кукол, гармошек и настройкой роялей. Фамилия у настройщика была очень смешная: Невидаль. Чех, настроив рояль, сказал, что рояль старый, но очень хороший. Татьяна Петровна и без него это знала.

Когда он ушел, Татьяна Петровна осторожно заглянула во все ящики письменного стола и нашла пачку витых толстых свечей. Она вставила их в подсвечники па рояле. Вечером она зажгла свечи, села к роялю, и дом наполнился звоном.

– Зачем ты трогаешь чужие вещи? – сказала она Татьяне Петровне. – Мне не позволяешь, а сама трогаешь? И колокольчик, и свечи, а Рояль – все трогаешь. И чужие ноты на рояль положила.

– Потому что я взрослая, – ответила Татьяна Петровна.

Варя, насупившись, недоверчиво взглянула на нее. Сейчас Татьяна Петровна меньше всего походила на взрослую. Она вся как будто светилась и была больше похожа и а ту девушку с золотыми волосами, которая потеряла хрустальную туфлю во дворце. Об этой девушке Татьяна Петровна сама рассказывала Варе.

Еще в поезде лейтенант Николай Потапов высчитал, что у отца ему придется пробыть не больше суток. Отпуск был очень короткий, и дорога отнимала все время.

Поезд пришел в городок днем. Тут же, на вокзале, от знакомого начальника станции лейтенант узнал, что отец его умер месяц назад и что в их доме поселилась с дочерью молодая певица из Москвы.

– Эвакуированная, – сказал начальник станции.

Потапов молчал, смотрел за окно, где бежали с чайниками пассажиры в ватниках, в валенках. Голова у него кружилась.

– Да, – сказал начальник станции, – хорошей души был человек. Так и не довелось ему повидать сына.

– Когда обратный поезд? – спросил Потапов.

– Ночью, в пять часов, – ответил начальник станции, помолчал, потом добавил: – Вы у меня перебудьте. Старуха моя вас напоит чайком, накормит. Домой вам идти незачем.

– Спасибо, – ответил Потапов и вышел.

Потапов прошел через город, к реке. Над ней висело сизое небо. Между небом и землей наискось летел редкий снежок. По унавоженной дороге ходили галки. Темнело. Ветер дул с того берега, из лесов, выдувал из глаз слезы.

«Ну что ж! – сказал Потапов. – Опоздал. И теперь это все для меня будто чужое – и городок этот, и река, и дом».

Он оглянулся, посмотрел на обрыв за городом. Там стоял в инее сад, темнел дом. Из трубы его поднимался дым. Ветер уносил дым в березовую рощу.

Потапов медленно пошел в сторону дома. Он решил в дом не заходить, а только пройти мимо, быть может, заглянуть в сад, постоять в старой беседке. Мысль о том, что в отцовском доме живут чужие, равнодушные люди, была невыносима. Лучше ничего не видеть, не растравлять себе сердце, уехать и забыть о прошлом!

«Ну что же, – подумал Потапов, – с каждым днем делаешься взрослее, все строже смотришь вокруг».

Потапов подошел к дому в сумерки. Он осторожно открыл калитку, но все же она скрипнула. Сад как бы вздрогнул. С веток сорвался снег, зашуршал. Потапов оглянулся. К беседке вела расчищенная в снегу дорожка. Потапов прошел в беседку, положил руки на старенькие перила. Вдали, за лесом, мутно розовело небо – должно быть, за облаками подымалась луна. Потапов снял фуражку, провел рукой по волосам. Было очень тихо, только вни»у, под горой, бренчали пустыми ведрами женщины – шли к проруби за водой.

Кто-то осторожно тронул Потапова за плечо. Он оглянулся. Позади него стояла молодая женщина с бледным строгим лицом, в накинутом на голову теплом платке. Она молча смотрела на Потапова темными внимательными глазами. На ее ресницах и щеках таял снег, осыпавшийся, должно быть, с веток.

– Наденьте фуражку, – тихо сказала женщина, – вы простудитесь. И пойдемте в дом. Не надо здесь стоять.

Потапов молчал. Женщина взяла его за рукав и повела по расчищенной дорожке. Около крыльца Потапов остановился. Судорога сжала ему горло, он не мог вздохнуть. Женщина так же тихо сказала:

– Это ничего. И вы, пожалуйста, меня не стесняйтесь. Сейчас это пройдет.

Он вошел в дом, что-то смущенно бормоча, снял в прихожей шинель, почувствовал слабый запах березового дыма и увидел Архипа. Архип сидел на диване и зевал. Около дивана стояла девочка с косичками и радостными глазами смотрела на Потапова, но не на его лицо, а на золотые нашивки на рукаве.

fanread.ru

Зима. Отяготительные афоризмы о зиме

Зима! Снежинки лезут целоваться.

Зимой солнце словно мачеха: светит, да не греет.

Зима превращает падающую с неба воду и сердца людей в камень.

Мысленно сменить зиму на весну и влюбиться.

Как февраль ни злись, а на весну брови не хмурь.

А если смотреть вверх на падающие снежинки, то кажется как будто летишь куда-то далеко-далеко. И никогда уже больше сюда не вернёшься.

Зиме и лету перемены нету.

На острове не двигались дома, и холод плыл торжественно над валом. Была зима. Неверящий Фома персты держал в её закате алом.

Зима у нас очень холодная. Хорошо, что лето теплее.

Отяготительные афоризмы о зиме

Мороз и солнце; день чудесный! Ещё ты дремлешь, друг прелестный — пора, красавица, проснись: открой сомкнуты негой взоры навстречу северной Авроры, звездою севера явись!

Слышишь, как снег шуршит о стекла, Китти? Какой он пушистый и мягкий! Как он ласкается к окнам! Снег, верно, любит поля и деревья, раз он так нежен с ними! Он укрывает их белой периной, чтобы им было тепло и уютно, и говорит: «Спите, дорогие, спите, пока не наступит лето.»

Труднодоступные отяготительные афоризмы о зиме

В снежную метель боишься потерять веру в вечное спасение.

Снежинки — это небесные саламандры.

Зима — честное время года.

Такой мороз, что звёзды пляшут.

На смену пейзажу с окутанными снегом деревьями пришла нежная акварель весны.

И снова декабрь, сказки оживают.

Дивное время — зима. Морозное, жестокое, но — волшебное.

Смерть почти как снег: никогда не знаешь, когда он пойдёт, хотя чаще всего это случается зимой.

Мама! Глянь-ка из окошка — знать, вчера недаром кошка умывала нос: грязи нет, весь двор одело, посветлело, побелело — видно, есть мороз. Не колючий, светло-синий по ветвям развешан иней — погляди хоть ты! Словно кто-то тороватый свежей, белой, пухлой ватой все убрал кусты.

Зима — это время, когда шубы выгуливают своих хозяек.

Это мой декабрь, это мой дом среди льдин, это мой декабрь, это я один.

Русская зима — это когда в холодильнике теплее, чем на улице.

В зимний холод каждый молод.

Этой зимой, даже если мы укутаемся, холодное равнодушие заставит промёрзнуть до костей.

Говорят, что здесь зимой бывает так холодно, что смех застывает в горле и душит человека насмерть.

Древние отяготительные афоризмы о зиме

Каждый, кто провёл в Финляндии зиму, поймёт истоки повсеместного пьянства.

Что-то мне как-то не так, наверно, пришел февраль.

Ученые говорят, что люди хуже переносят жару, чем холод, и каждое лето Я соглашаюсь с этим. Но стоит прийти зиме и хорошенько задубеть на морозе, как мое тело оспаривает предыдущее соглашение.

Подними себе настроение в унылую, серую зимнюю пятницу — напиши заявление на отпуск разноцветными фломастерами!

В декабре побольше дров, спи-сопи и будь здоров.

Будет зима — будет и лето.

Есть зимние книги. Не те, что о зиме, а те, что делают уютной метель за окном.

Зима. Метель. Снег. Холодно. Ветрено. Погода, созданная для горячего чая, теплого пледа и красивых сказок.

Береги нос в большой мороз.

Зима — время строить планы и видеть перспективы. Время спать под снежным покровом и под другими одеялами.

У нас в Англии только два времени года — зима и зима.

Отдельные отяготительные афоризмы о зиме

Никак не кончится зима, и грязный снег никак не тает, а жизнь по-прежнему спешит, но никуда не успевает.

Судя по нашим дорогам, закончилась не зима, а война.

Я вымерз до дна, я схожу с ума, ко мне вплотную подступила Зима, глаза Зимы глядят на меня из окна, и в каждой клеточке тела застыла она. Зима — наяву, Зима — в обрывках сна, Зима так длинна и холодна, она так глубока и так бесконечна, и мне кажется, что эта Зима будет вечно.

Сколько сердец могут пережить все зимы, и не остаться холодными?

Зима пришла ночью, без стука, чтобы никого не разбудить. Утром мороз слегка пощипывал обе стороны окна. Снег походил на воздушный рис, который сыпали, и сыпали, и сыпали в огромную миску. А ветер кружил и смешивал его. И казалось, кто-то огромный сейчас проснётся и приступит к завтраку.

В зимний холод — всякий молод.

Зимой солнце сквозь слёзы смеется.

Чем пахнет зима. Чудом. Ведь в ней всё сказочно!

Январь наступает, мороз людей обнимает.

Зима — это такое время года, когда природа подкрадывается к человеку совсем близко.

Самый характерный звук зимой во время войны — музыкальный звон капель, падающих на плоскую каску.

Зима лето пугает, да всё равно таёт.

В моих ресницах запутался снег, я иду по замёрзшей улице. Где-то так же идет человек, — мой любимый. Спешит, волнуется.

Мурлыкающий кот и горящий камин делают зиму приятной.

Дед Мороз, красный нос, хватит издеваться! Сделай зиму потеплей градусов на двадцать.

Лето умирает. Осень умирает. Зима — сама смерть. А весна постоянна. Она живет бесконечно в недрах вечно изменяющейся материи, только меняет свои формы.

Зажигательные отяготительные афоризмы о зиме

Еду. Тихо. Слышны звоны под копытом на снегу. Только серые вороны расшумелись на лугу. Заколдован невидимкой, дремлет лес под сказку сна. Словно белою косынкой повязалася сосна. Понагнулась, как старушка, оперлася на клюку, а под самою макушкой долбит дятел на суку. Скачет конь, простору много. Валит снег и стелет шаль. Бесконечная дорога убегает лентой вдаль.

После зимы — весна, после печали — радость.

Влюбиться зимой — не очень удачная затея. Симптомы влюблённости в это время года более возвышенны, но вместе с тем и более мучительны. Безупречно чистая белизна мороза подстегивает мрачную радость томительного ожидания. Озноб распаляет лихорадочную страсть. Те, кому выпало влюбиться на Святую Люцию, обречены на три месяца болезненной дрожи.

Двадцать лет я смотрю в календарь, и все эти годы в календаре зима.

Наше лето только выкрашенная в зелёный цвет зима.

Когда приходит зима, даже с самых могучих дубов опадает листва.

Осень одного заморозит, а зима двоих.

Если бы не было зимы, весна не казалась бы нам такой прекрасной; если бы не было нищеты, богатство не было бы так желанно.

Когда сильный мороз, люди становятся теплее друг к другу.

Я с детства испытываю своеобразное волнение перед свежим покровом снега. Точно вступаешь в какой-то новый мир, и всего тебя пронизывает радость открытия, первого соприкосновения с чем-то чистым, нетронутым, неосквернённым.

Наслаждайся летом своей жизни — за ним всегда идет зима.

Можно любить зиму и нести в себе тепло, можно предпочитать лето, оставаясь осколком льда.

mudroslov.com

Спецвыпуск: Формула 1 на снегу

Хотя Формула 1 – летний вид спорта, и видеть на снегу машины Ф1 непривычно, они оказывались в подобных условиях не раз. В связи с последними событиями на тестах в Барселоне, где в третий день снег фактически лишил команды возможности поработать на трассе, мы решили рассказать о нескольких подобных случаях в прошлом.

Обычно команды устраивали заезды по снегу добровольно, в рамках развлекательных и рекламных мероприятий. Чаще других это делали в Red Bull, но такие заезды есть на счету и многих других команд – Ferrari, Renault, BMW, а Мика Хаккинен даже как-то катал по льду замёрзшего озера свою жену на двухместном McLaren.

Однако в истории Формулы 1 бывали случаи, когда гонщикам приходилось ездить по льду и снегу не в своё удовольствие, а на результат. В довоенные годы это было более или менее обычной практикой – проводились даже специальные «Зимние Гран При» на льду замёрзших озёр.

Наиболее известный пример – Зимний Гран При Швеции, проходивший с 1931 по 1936 годы по льду озера Рямен. После войны такой Гран При прошёл один раз, в 1947 году, но уже на военном аэродроме в Роммехеде. Выиграл его не какой-то местный любитель покататься по снегу, а Рег Парнелл на машине ERA, выступавший позже в Формуле 1. Правда, фактически в гонке принимали участие только четыре машины, так как судно, которое должно было доставить в Швецию большую часть участников, не прибыло вовремя.

Аналогичные соревнования также проходили в Норвегии, Финляндии и Эстонии. Конечно, их нельзя назвать гонками Формулы 1, так как такого понятия в то время ещё не существовало, но на старт выходили машины того же класса. Однако после образования Формулы 1 ледовые гонки на машинах с открытыми колёсами стали редкостью.

Но если Формула 1 не хотела приезжать туда, где шёл снег, это вовсе не значило, что снег не может пойти там, где находятся команды Формулы 1. Случаев, когда гоночные машины оказывались под снегом, хватало во все времена – обычно это происходило на зимних тестах в Великобритании, где уже начиная с шестидесятых годов базировалась львиная доля команд.

Подобное случалось и во время гонок. Вот, к примеру, одна из самых известных фотографий, иллюстрирующих гонки формул под снегом. Это действительно гонка, а не тесты, она состоялась 23 апреля 1967 года на «Южной петле» Нюрбургринга, и несмотря на пошедший прямо по ходу заездов снег, отменять её не стали.

Правда, речь идёт о Формуле 2, но в те годы мир этих двух серий пересекался гораздо сильнее, чем сегодня, и многие пилоты участвовали одновременно в двух чемпионатах. Так, на фотографии Джон Сёртиз на шасси Lola с двигателем BMW. Джон занял в той гонке второе место, а победил Йохен Риндт на Brabham. Помимо них, в той гонке приняли участие и многие другие известные пилоты Формулы 1 – Джим Кларк, Брюс Макларен, Джек Брэбэм, Грэм Хилл, Жаки Икс и так далее.

Но и в Формуле 1 подобные казусы случались. Из-за стремления избегать плохих погодных условий первые гонки сезона обычно проходили зимой в ЮАР и Южной Америке, а затем – уже ближе к лету в Европе. Из-за этого в календаре образовывались огромные паузы, которые заполнялись различными внезачётными гонками. Едва ли не единственной целью участия в них были призовые, а это автоматически означало, что наибольшей популярностью пользовались европейские гонки, до которых можно было добраться на грузовиках. И лучше всего – прямо в Англии.

Именно на таких соревнованиях с погодой могло происходить что угодно. Так было и в 1973 году, когда между этапами в ЮАР и Испании образовался восьминедельный перерыв. В этом промежутке в Великобритании прошли две внезачётные гонки – «Гонка чемпионов» в Брэндс-Хэтч 18 марта и BRDC International Trophy в Сильверстоуне 8 апреля.

Как ни парадоксально, в Брэндс-Хэтч в середине марта соревнования прошли нормально (если, конечно, не учитывать тот факт, что это была единственная в истории сколь-нибудь представительная совместная гонка Формулы 1 и Формулы 5000, в которой пилот на машине Формулы 5000 финишировал первым). Так что от гонки в Сильверстоуне спустя три недели никто сюрпризов не ждал.

Правда, погода установилась в Нортгемптоншире неважная – уже на тренировках и в квалификации было холодно, дул сильный ветер, шел дождь. Но к таким условиям гонщикам Формулы 1, которые вновь соперничали на одной трассе с машинами Формулы 5000, было не привыкать. Всего на старт вышло 13 машин Формулы 1 и 16 лучших из гонки Формулы 5000, состоявшейся до этого. Фактически, правда, за рулём части машин Формулы 5000 сидели бывшие и действующие пилоты Формулы 1.

Гонка получилась достаточно боевой, из-за холода и дождя ошибались даже признанные фавориты, включая Джеки Стюарта на Tyrrell. После половины дистанции в гонке лидировал Ронни Петерсон и, вероятно, смог бы одержать лёгкую победу, если бы неожиданно не пошёл снег. Причём, останавливать гонку из-за этого никто и не подумал.

Трасса стала ещё более скользкой, Lotus Ронни беспомощно заскользила в Becketts, и Стюарт вернулся на первую строчку. Как ни странно, из-за снега сошли только двое, причём оба из Формулы 5000 – Бретт Ланджер (спустя пару лет он дебютировал в Формуле 1) и Дэвид Окстон. Оба вылетели с трассы, причём в случае Окстона, возможно, дело было в сломанном дифференциале. Остальные ошибались, но не столь серьёзно, так что первая пятёрка проехала все запланированные 40 кругов.

Победу одержал Стюарт, Петерсон остался вторым, пилот BRM Клей Регаццони – третьим. Четвёртое и пятое место заняли Питер Ревсон из McLaren и Ники Лауда на BRM. Джордж Фолмер на Shadow проиграл круг.

С тех пор с каждым годом внезачётных Гран При проводилось всё меньше, а в восьмидесятых они исчезли совсем. В гонках Формула 1 со снегом больше не встречалась, хотя он не раз выпадал на тестах. Особенно в прежние времена, когда команды тестировали машины, начиная с декабря, и не все для этого отправлялись в тёплые страны.

Происходило подобное и в Барселоне – зимой 2000-го года одна из тестовых сессий McLaren-Mercedes оказалась сорвана из-за того, что вся каталонская трасса была покрыта снегом, а в 2002-м Хаккинен даже смог поиграть с командой в снежки. Один из последних подобных случаев произошёл в Сильверстоуне в 2005 году, когда пилоту Renault Фернандо Алонсо пришлось обкатывать новую машину, несмотря на пошедший снег.

Конечно, после каждого подобного случая организаторы и команды говорят о необходимости избежать повторения подобных ситуаций, но полностью оградить себя от неожиданностей невозможно. Да, можно проводить тесты там, где выпадение снега маловероятно, но может пойти сильный дождь, как это не раз бывало в тропиках, или сгуститься такой туман, что любые заезды всё равно придётся отменять – как во всё той же Барселоне в 2004-м.

Даже в Бахрейне, куда богатые команды регулярно призывают перенести тесты, как-то пришлось отменять сессии из-за пыльной бури. Мест, где никаких катаклизмов никогда не происходит, на нашей планете нет. Так что остаётся лишь принимать ту погоду, что есть, и двигаться дальше. В конце концов, после подобных приключений нам с вами будет о чём вспомнить.

www.f1news.ru

Жизнь в Болгарии. День труда

Жизнь в Болгарии. День труда.

Не пугайтесь, я ничего не перепутала, просто решила вам рассказать о погоде в конце апреля — начале мая в Болгарии и вернулась к воспоминаниям о 1 Мае или о Празднике труда.

А заодно поведать вам о нашей жизни в Болгарии, которая меня очень радует.

Надо сказать, что примерно через неделю после нашего возвращения в Болгарию, погода наступила почти летняя, и днем на солнышке было даже жарко. Все цвело буйным цветом, и об этом я вам обязательно расскажу и покажу, так как 3 мая мы с Надей совершили прогулку в Приморский парк. Но об этом в другой записи… Договорились?

Сейчас погода тоже замечательная, только стало немного прохладней, но только вечером.

Надо сказать, что наша жизнь с мамой проходит замечательно, и мы пытаемся занять себя по-разному…

Себя мне, конечно, занимать не приходится, так как и домашних забот хватает, и интернетовских дел на сайте и в группах Сабскрайба хватает, а вот мама пытается себе найти занятия…

Гуляет, помогает мне по хозяйству немного, шьет по мелочам, пока не дошли наши посылки из России с ее выкройками. В общем, я рада, что она не скучает.

Кстати, посылки идут уже целый месяц, а то и больше. Хоть бы не потерялись.

Одно из занятий было у нас общим. И 1 мая, купив цветочной рассады, которой здесь в изобилии мы начали озеленять мои террасы, которых у меня две, если Вы помните.

Так что и у нас был маленький Праздник Труда.

Пока это выглядит так, так как нашим цветочкам надо прижиться немного, и мы оберегаем их от яркого солнышка и ветра.

А что получится потом, когда я все развешу и расставлю, вы обязательно увидите.

Почему пишу именно сегодня? Просто хочется поздравить вас с наступающим Праздником Великой Победы!

К сожалению, только в этом году у меня не было времени сделать новые открытки к этому Празднику, но вы можете воспользоваться моими старыми работами для ваших поздравлений. Ищите их здесь, здесь и здесь.

Как мы с соседями провели прошлогодний Праздник Победы, я уже вам рассказала.

А вот в этом году мы с мамой отправимся на торжественный вечер, посвященный этому великому празднику.

Завтра в 18 часов нас будут ждать в ресторане при Общине (мэрия) Варны. Вечер организовывает Сдружение «Россияне 21 век» при поддержке Генерального консульства Российской Федерации в Варне.

Думаю, что вы поняли, что праздник будут отмечать россияне, проживающие в Варне. Не исключено, что и болгары будут там.

Надо сказать, что меня давно приглашали на такие мероприятие, но это первое, куда я пойду. И, конечно, обязательно расскажу об этом вам.

Общение с соотечественниками — немаловажный аспект жизни в Болгарии!

С Великим Праздником Победы вас, мои дорогие Друзья, Читатели и Гости!

obo-vsem-ponemnogu-ot-olechki.com

Leave a comment

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *